Оперативный доступ к левой лучевой артерии на тыле кисти при рентгенэндоваскулярных хирургических вмешательствах
РезюмеЦель - совершенствование методики и результатов рентгенэндоваскулярных хирургических вмешательств путем исследования анатомо-клинических аспектов оперативного доступа к левой лучевой артерии на тыльной поверхности кисти.
Материал и методы. В период с 2019 по 2021 г. прооперированы 210 пациентов, которым после рандомизированного отбора выполнялись рентгенэндоваскулярные хирургические вмешательства из лучевых доступов на тыле левой кисти и в нижней трети предплечья. Успешно реализован дистальный доступ к лучевой артерии на тыле кисти слева у 100 из 104 пациентов, а распространенный лучевой доступ в нижней трети предплечья справа у 100 из 106 больных. В комплексе с измерением антропометрических параметров всем обследуемым выполнялось ультразвуковое допплерографическое исследование в зоне артериального доступа. Оценивались возможность эффективного выполнения доступов для проведения вмешательства, частота вынужденной смены зоны доступа, ранние (геморрагические) и поздние местные послеоперационные осложнения (окклюзия лучевой артерии), связанные с конкретным видом артериального доступа. Субъективные критерии ощущения боли оценивались с использованием визуально-аналоговой шкалы как при осуществлении собственно сосудистого доступа, так и вследствие гемостаза тугой давящей повязкой.
Результаты. Дистальный лучевой доступ на тыле левой кисти эффективно выполнен у 96,2% больных, а лучевой доступ на внутренней поверхности нижней трети предплечья справа - у 94,3%. Анализ рентгенэндоваскулярных хирургических вмешательств проведен у 100 пациентов с успешной дистальной пункцией лучевой артерии на тыле кисти слева (1-я группа) и у 100 пациентов с успешной традиционной пункцией лучевой артерии на внутренней поверхности нижней трети предплечья справа (2-я группа). Средний возраст составил 68,4±11,9 года для 1-й группы и 65,2±11,2 года для 2-й группы (p>0,05). Статистически значимых различий между этими группами в отношении пола, антропометрических показателей не выявлено (p>0,05).
У пациентов мужского пола внутренний диаметр лучевой артерии на внутренней поверхности нижней трети предплечья (2,36±0,09 мм) и на тыльной поверхности кисти (1,83±0,1 мм) достоверно больше (p<0,0001), чем у женщин (2,14±0,11 и 1,70±0,09 мм соответственно). У мужчин средний размер обхвата запястья составил 17,98 см, а у женщин - 16,20 см. В ходе корреляционного анализа установлена статистически значимая ассоциация как внутреннего диаметра лучевой артерии на внутренней поверхности нижней трети предплечья (p<0,0001), так и диаметра сосуда на тыльной поверхности кисти (p<0,0001) с размерами запястья. Статистически значимой связи диаметра артерии на внутренней поверхности нижней трети предплечья (p=0,4118) и на тыльной поверхности кисти (p=0,2242) с индексом массы тела выявлено не было.
В 1-й группе пациентов время реализации успешной пункции артерии было длительнее (p<0,0001) по сравнению с пациентами 2-й группы (18,8±4,3 и 12,2±2,8 с соответственно). При этом статистически значимых отличий во времени рентгеноскопии, времени операции и количестве пункций не выявлено. Ни у одного из включенных в анализ пациентов 1-й группы не наблюдалось клинически значимых геморрагических осложнений в месте сосудистого доступа в сравнении с пациентами 2-й группы (p<0,0001). После вмешательства в период до 41,3±9,8 сут в 1-й группе не выявлено ни одной окклюзии лучевой артерии, в то время во 2-й группе в сроке до 40,9±7,7 сут выявлено 6 (6%) пациентов с окклюзией лучевой артерии (p=0,0289).
Данные по оценке интенсивности боли при пункции артерии при осуществлении сосудистого доступа на основании визуально-аналоговой шкалы не имели статистически значимых различий в группах исследуемых пациентов (p>0,05). При оценке комфортности давящей повязки, накладываемой при осуществлении гемостаза, достоверное преимущество отмечалось в группе пациентов дистального доступа (p<0,0001).
Заключение. Оперативный доступ к левой лучевой артерии на тыльной поверхности кисти может и должен более широко включаться в клиническую практику для рентгенэндоваскулярных хирургических вмешательств. Такой доступ может рассматриваться как рациональная альтернатива распространенному доступу к лучевой артерии в нижней трети предплечья.
Финансирование. Исследование не имело спонсорской поддержки.
Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Вклад авторов. Концепция и дизайн исследования - Миленькин Б.И., Праздников Э.Н., Баранов Г.А.; сбор и обработка материала - Миленькин Б.И.; статистическая обработка - Миленькин Б.И.; написание текста - Миленькин Б.И., Баранов Г.А.; редактирование - Праздников Э.Н., Баранов Г.А.
Для цитирования: Миленькин Б.И., Праздников Э.Н., Баранов Г.А. Оперативный доступ к левой лучевой артерии на тыле кисти при рентгенэндоваскулярных хирургических вмешательствах. Ангиология и сосудистая хирургия. Журнал имени академика А.В. Покровского. 2023; 29 (3): 109-118. DOI: https://doi.org/10.33029/1027-6661-2023-29-3-109-118
Ключевые слова:рентгенэндоваскулярные хирургические вмешательства; дистальный лучевой доступ; лучевая артерия; тыльная поверхность кисти
Введение
Формирование доступов к магистральным артериям для выполнения рентгенэндоваскулярных хирургических вмешательства (РЭХВ) нередко сопровождается местными геморрагическими и послеоперационными посткомпрессионными ишемическими осложнениями [1-4]. В связи с этим разные варианты возможного уменьшения рисков таких осложнений становятся целью исследований, имеющих прикладной характер.
Совершенствование инструментария и расходных материалов для РЭХВ позволяют внедрять в клиническую практику менее травматичные доступы к артериям малого диаметра периферической локализации, в том числе и на уровне лучевой артерии в нижней трети предплечья [5-7].
В литературных обзорах, посвященных вариантной клинической анатомии артерий верхних конечностей, акцент смещен на неклассическое расположение артерий, но не на морфометрические особенности лучевой артерии [8], которые важны для технического исполнения РЭХВ.
Отдельные сообщения посвящены возможности использования дистального участка лучевой артерии на тыльной поверхности правой кисти в качестве наиболее периферического варианта доступа к этой артерии [9-19]. Данный доступ на тыле кисти привлекателен как поверхностным расположением лучевой артерии, так и возможностью выполнить относительно простой и надежный гемостаз. Однако такой дистальный доступ может быть технически сложным из-за малого диаметра лучевой артерии на этом сегменте конечности.
Оценить артерию на ее пригодность для проведения РЭХВ возможно на основании результатов измерения внутреннего диаметра, в том числе у пациентов в зависимости от пола, возраста, конституции и индекса массы тела.
С прогрессивным увеличением количества проводимых РЭХВ из лучевого доступа нужно учитывать и возможные последствия ранее перенесенного вмешательства. Отмечается, что частота встречаемости окклюзии лучевой артерии после РЭХВ может достигать 30% [20].
Следует полагать, что изучение анатомо-топографических и клинических аспектов инструментальной инвазии в артериальное русло на тыле кисти, в частности слева, даст аргументированный ответ на вопрос о рациональности такой дистальной локализации сосудистого доступа. При этом сравнительная оценка результатов РЭХВ из доступов к лучевой артерии на предплечье и кисти позволит обоснованно сделать выводы о целесообразности и рациональности применения в клинической практике дистального лучевого доступа на тыле левой кисти.
Цель - совершенствование методики и результатов рентгенэндоваскулярных хирургических вмешательств путем исследования анатомо-клинических аспектов оперативного доступа к левой лучевой артерии на тыльной поверхности кисти.
Материал и методы
В период с 2019 по 2021 г. оперированы 210 пациентов, которым проведены РЭХВ с использованием дистального лучевого доступа на тыле кисти слева (104 наблюдения), а также из распространенного в практике лучевого доступа в нижней трети предплечья справа (106 наблюдений). Рандомизация пациентов определялась тем, что непосредственно до начала операции вскрывался один из заранее подготовленных "конвертов" со скрытыми в них обезличенными предложениями об уровне доступа, который и надлежало выполнить в конкретном случае.
Отмечено, что в 10 случаях провести РЭХВ с использованием вариантов лучевого доступа было невозможно ввиду неуспешной пункции артерии (4 наблюдения в группе пациентов дистального доступа слева; 6 - при традиционном доступе в нижней трети предплечья справа). Эти пациенты не включались в дальнейший основной этап исследования. Так, пункцию лучевой артерии на тыле кисти слева не удалось осуществить у 4 больных. Препятствием для осуществления этого доступа являлся выраженный рефлекторный ангиоспазм в месте пункции у 3 пациентов, что подтверждалось исчезновением пульсации в месте сосудистого доступа. Еще у 1 больного при введении контраста через пункционную иглу установить интродьюсер было невозможным из-за кальциноза стенок лучевой артерии. РЭХВ выполнено этим больным через другие сосудистые доступы (у 3 операция продолжена из лучевого доступ в нижней трети предплечья на той же руке, у 1 - из бедренного доступа). Пункцию лучевой артерии с локализацией в нижней трети предплечья справа не удалось осуществить у 6 больных. Причиной неэффективности пункции стал рефлекторный ангиоспазм в месте пункции у 3 больных. Еще у 3 не удалось провести диагностический катетер и проводник через извитой и кальцинированный плечеголовной ствол. Выполнение этим больным РЭХВ продолжено через другие сосудистые доступы (у 4 применен дистальный лучевой доступ слева, у 2 - бедренный доступ).
Таким образом, были сформированы 2 группы больных с разным уровнем лучевого доступа, в каждую из которых входили ровно по 100 человек. При сравнительных характеристиках пациентов использовали следующие показатели: пол, возраст, рост, массу тела, индекс массы тела (ИМТ), а также антропометрический показатель - обхват запястья (см).
Оценивались возможность выполнения доступов для реализации вмешательства, частота вынужденной смены зоны доступа, ранние (геморрагические) и поздние местные послеоперационные осложнения (окклюзия лучевой артерии), связанные с конкретным видом артериального доступа. Также оценивались субъективные критерии ощущения боли как при осуществлении собственно сосудистого доступа, так и вследствие наличия тугой давящей гемостатической повязки. Болевой синдром регистрировали по визуально-аналоговой шкале боли (ВАШ) с 5-балльной градацией (0 баллов - отсутствие боли, 5 баллов - резко выраженная боль).
Всем обследуемым выполнялось ультразвуковое допплерографическое (УЗДГ) исследование лучевой артерии, где предполагался артериальный доступ для РЭХВ. Использован аппарат ACUSON Freestyle (Siemens) с линейным мультичастотным датчиком для дооперационной оценки как проходимости лучевой артерии, так и внутреннего ее диаметра путем троекратного замера просвета сосуда с последующим подсчетом среднеарифметического значения. Ультразвуковым способом регистрировали также ранние и поздние послеоперационные осложнения в местах артериального доступа. Геморрагические осложнения классифицировали по шкале EASY [21, 22].
Вмешательства проводились на ангиографической установке потолочного типа Infinix VC-i (Toshiba). Использованы только стандартные инструменты и расходные материалы. Применялись интродьюсеры Terumo диаметром 6 Fr; проводники диагностические BioMetrix диаметром 0,89 мм (0,035 дюйма) и длиной 260 см; проводники коронарные ASAHI диаметром 0,36 мм (0,014 дюйма) и длиной 180 см; диагностические катетеры Medtronic JL 4,0 и JR 4,0 диаметром 6 Fr и длиной 100 см; направляющие катетеры Medtronic JL 4,0; EBU 3,5; JR 4,0 диаметром 6 Fr и длиной 100 см; коронарные баллоны Medtronic диаметром 1,5-2,75 мм; коронарные стенты Medtronic и Angioline диаметром от 2,25 до 4,0 мм и длиной от 12 до 38 мм. Всем обследованным проведено РЭХВ в диагностическом и (или) лечебном объеме.
Статистический анализ и интерпретация полученных данных по всем изучаемым показателям проведены с использованием среды для статистических вычислений R 4.1.3 (R Foundation for Statistical Computing, Вена, Австрия).
Результаты
При стандартной пункционной методике дистальный лучевой доступ на тыле левой кисти из 104 пациентов эффективно выполнен у 96,2% больных, а распространенный лучевой доступ на внутренней поверхности нижней трети предплечья справа из 106 пациентов удалось реализовать у 94,3%.
Анализ РЭХВ по заданным критериям проведен в сопоставимых группах по 100 пациентов как с успешным дистальным доступом к лучевой артерии на тыле кисти слева (1-я группа), так и с успешным доступом к лучевой артерии на внутренней поверхности нижней трети предплечья справа (2-я группа).
Средний возраст составил 68,4±11,9 года для 1-й группы и 65,2±11,2 года - для 2-й группы (p>0,05). Статистически значимых различий между этими группами в отношении пола и антропометрических показателей не выявлено (p>0,05).
В ходе исследования изучены морфометрические показатели лучевых артерий методом УЗДГ на уровнях тыла кисти и предплечья. По данным УЗДГ-исследования статистически значимых различий между группами пациентов в отношении диаметра артерий на разных уровнях не выявлено (p>0,05) (табл. 1).
)
Установлено, что у обследованных мужчин внутренний диаметр лучевой артерии на внутренней поверхности нижней трети предплечья (2,36±0,09 мм) и на тыльной поверхности кисти (1,83±0,1 мм) достоверно больше (p<0,0001), чем у женщин (2,14±0,11 и 1,70±0,09 мм) (рис. 1, 2).
)
Во всех клинических наблюдениях выполняли измерение обхвата запястья по аналогии с индексом Соловьева, применяемым в акушерской практике. У мужчин средний размер обхвата запястья составил 17,98 см, а у женщин - 16,20 см. Этот антропометрический компонент был принят во внимание и применен в исследовании с учетом возможных различий в размерах лучевой артерии и вариабельности размеров верхней конечности.
В ходе корреляционного анализа установлена статистически значимая ассоциация как внутреннего диаметра лучевой артерии на внутренней поверхности нижней трети предплечья [ρ=0,68 (95% доверительный интервал, ДИ, 0,60-0,75), p<0,0001], так и диаметра сосуда на тыльной поверхности кисти [ρ=0,58 (95% ДИ 0,44-0,70), p<0,0001] с результатами измерения обхвата запястья. Эти данные позволяют сделать заключение о большем диаметре лучевой артерии у пациентов с гиперстеническим типом телосложения.
Обращает внимание, что с ИМТ статистически значимой связи диаметра артерии на внутренней поверхности нижней трети предплечья [ρ=0,06 (95% ДИ от -0,08 до 0,20), p=0,4118] и на тыльной поверхности кисти [ρ=0,12 (95% ДИ от -0,08 до 0,31), p=0,2242] не выявлено.
В 1-й группе пациентов время для реализации успешной пункции и катетеризации артерии в секундах было длительнее (p<0,0001) по сравнению с пациентами 2-й группы (18,8±4,3 и 12,2±2,8 с соответственно). При этом статистически значимых отличий по времени выполнения операции, времени проведения рентгеноскопии и количестве пункций не было.
В технической части выполнения вмешательства отмечено, что в 1-й группе пункция артерии была успешна с 1 попытки у 84 (84%) пациентов, у 14 (14%) - со 2-й и у 2 (2%) - с 3-й. Считали, что затруднения при продвижении диагностического проводника и катетера в 1-й группе пациентов были за счет ангиоспазма лучевой артерии у 12 (12%) больных, но для продолжения вмешательства не потребовалось использования дополнительных проводников и катетеров.
Во 2-й группе у 85 (85%) пациентов пункция артерии была успешна с 1-й попытки, у 14 (12%) - со 2-й и у 1 (1%) - с 3-й. Аналогичные затруднения при продвижении диагностического проводника и катетера в этой группе возникли у 16 (16%) больных, но здесь также не потребовалось смены проводников и катетеров. У 11 (11%) больных был зарегистрирован анатомически извитой плечеголовной ствол, что потребовало дополнительных манипуляций инструментами и, как следствие, большего времени рентгеноскопии для выполнения катетеризации коронарных артерий.
Использование универсальной подставки для сегмента верхней конечности собственной конструкции технически облегчает выполнение сосудистого доступа на левой кисти (Миленькин Б.И., Поснов Е.И., Лакомский А.В. и др. Патент № 2023202365, Российская Федерация. Универсальная подставка для сегмента верхней конечности. Заявка: №2023202365). Использование такой подставки для сегмента верхней конечности позволяет удобно и надежно фиксировать руку пациента для дальнейшей пункции лучевой артерии на тыле левой кисти. При этом рука больного удобно располагается в положении пронации в течение всего времени хирургического вмешательства. На этапе завершения операции рука пациента легко освобождается из подставки (рис. 3).
)
В 1-й группе всем больным первым этапом выполнена диагностическая коронарография, и у 55 (55%) из них последовало стентирование коронарных артерий. Во 2-й группе всем пациентам также первым этапом выполнена диагностическая коронарография, а у 52 (52%) затем произведено стентирование коронарных артерий.
Длительность рентгеноскопии в 1-й группе пациентов в среднем составила 7,9±5,7 мин, для 2-й группы - 8,2±7,5 мин. По совокупности параметров, использованных для сравнения, статистически значимых различий по времени операции, рентгеноскопии и дозе лучевой нагрузки не выявлено (табл. 2).
)
В 1-й группе время гемостаза при эндоваскулярном вмешательстве в объеме диагностической коронарографии определялось продолжительностью в 6 ч, а при операциях со стентированием - 12 ч. Во 2-й группе у всех пациентов гемостаз составил 24 ч (стандартный протокол клиники).
Ни у одного из пациентов 1-й группы, которым была проведена пункция дистальной части лучевой артерии на тыле кисти слева, не наблюдалось клинически значимых геморрагических осложнений в месте сосудистого доступа в сравнении с пациентами 2-й группы (p<0,0001) (табл. 3).
)
Сроки контрольных осмотров для клинической и ультразвуковой оценки поздних послеоперационных осложнений составили 41,3±9,8 дня для пациентов 1-й группы и 40,9±7,7 дня для пациентов 2-й группы. В 1-й группе при ультразвуковой диагностике не выявлено ни одной послеоперационной окклюзии лучевой артерии. Во 2-й группе выявлено 6 (6%) пациентов с окклюзией лучевой артерии (p=0,0289). У этих 6 больных, как было установлено из анамнеза, ранее и из того же доступа к лучевой артерии уже выполнялись рентгенэндоваскулярные вмешательства.
По параметру "интенсивность боли" при осуществлении сосудистого доступа на основании ВАШ по 5-балльной градации статистически значимых различий в группах не было (p>0,05) (табл. 4).
)
При оценке комфортности давящей повязки для гемостаза по ВАШ достоверное преимущество выявлялось в группе пациентов дистального доступа (p<0,0001) (табл. 5).
)
Обсуждение
Традиционная приверженность хирургов к лучевому доступу на правой руке в нижней трети предплечья обусловлена объективными и субъективными причинами.
К объективным относятся стационарная компоновка и расстановка технологического оборудования для работы у операционного стола справа. К субъективным - удобство оперирования, а также "популярность" доступа в профессиональной среде.
Отметим, что во время операции через лучевую артерию в нижней трети левого предплечья хирург вынужден располагать руку больного в приведении к средней линии живота в положении супинации, чтобы приблизить к себе зону вмешательства. При этом пациент испытывает дискомфорт от требуемого вынужденного и нефизиологичного положения предплечья левой руки. Имеет значение неудобное и неэргономичное положение хирурга, стоящего у операционного стола справа, при необходимости оперировать из доступа на предплечье слева, когда не удается выполнить укладку руки пациента с приведением левого предплечья в супинации к средней линии живота.
К субъективным причинам отказов от доступов к лучевой артерии на левой руке относится отсутствие у оператора отработанного стереотипа движений, которые привычны для него при проведении операции из доступа на правой руке. Также важным фактором является отсутствие убедительных рекомендаций и сформулированных конкретных показаний к выбору стороны лучевого доступа для РЭХВ.
При уже известных достоинствах лучевого доступа на правой руке для него имеется ряд ограничений, которые встречаются на практике. Так, при проведении РЭХВ справа продвижение инструментов в аорту имеет зону резистентности в плечеголовном стволе. При его избыточной извитости или обызвествлении создается препятствие для продвижения инструментов как в восходящий, так и в нисходящий отдел аорты. Кроме того, доступ справа не может быть реализован при отсутствии или значимой травматической деформации правой руки (рис. 4), при воспалительных и гнойных заболеваниях тканей конечности, окклюзии или гипоплазии правой лучевой артерии (рис. 5). Нежелательным эффектом является и то, что у пациентов-правшей, которых в популяции большинство, после РЭВ из доступов на правой лучевой артерии на определенное время снижается функция основной рабочей руки.
)
Необходимо отметить, что лучевой доступ на левой руке может быть удобен и для хирурга, и для пациента в том случае, если он локализован не на внутренней поверхности в нижней трети предплечья, а на тыле кисти. При этом зона оперативного вмешательства максимально приближается к оператору приведением руки и свободной укладкой кисти к средней линии живота. Рука пациента, что весьма важно, находится в физиологическом положении в течение всего вмешательства. При таком варианте перечисленные трудности нивелируются, и задача сводится к эффективной пункции и катетеризации лучевой артерии на тыле левой кисти.
Установленные в ходе исследования анатомо-клинические особенности использования оперативного доступа к левой лучевой артерии на тыле кисти при РЭВХ позволяют сделать вывод, что данный доступ представляется как рациональная альтернатива традиционной пункции лучевой артерии в нижней трети предплечья. Дистальный лучевой доступ для проведения РЭХВ и может, и должен шире входить в клиническую практику. Сохранение кровотока в лучевой артерии в области предплечья и отсутствие значимой ишемии кисти - веские причины для выбора при проведении РЭХВ с использованием лучевого доступа именно на дистальном уровне. У этого доступа есть и дополнительные преимущества, связанные с более высокой послеоперационной комфортностью для пациента вследствие потенциального сокращения времени гемостаза при его удовлетворительном качестве. Функциональный комфорт касается и пациентов-правшей, позволяя сохранять трудоспособность основной рабочей руки.
Данный артериальный доступ может быть рекомендован в клинической практике как воспроизводимый, эффективный и перспективный для широкого применения.
Заключение
Анатомические особенности, технические нюансы проведения РЭХВ а также течение послеоперационного периода показали, что при невозможности выполнить вмешательство из доступа на правой руке операция из доступа на тыльной поверхности левой кисти является альтернативным вариантом, не уступающим по эффективности вмешательству из правостороннего лучевого доступа.
Полученные результаты позволяют констатировать, что при РЭХВ артериальный доступ к левой лучевой артерии за счет дистализации уровня, относительной простоты пункции, катетеризации и гемостаза, а также сохранения двигательной активности руки безболезненнее и легче переносится пациентами по сравнению с артериальным доступом к лучевой артерии на уровне нижней трети предплечья.
Литература
1. Cooper C., El-Shiekh R., Cohen D., et al. Effect of transradial access on quality of life and costof cardiac catheterization: A randomized comparison. American Heart Journal. 1999; 138 (3 Pt 1): 430-436. DOI: https://doi.org/10.1016/s0002-8703(99)70143-2
2. Hsieh V., Jolly S. Comparing radial and femoral access for coronary angiography and interventions. Journal of Comparative Effectiveness Research. 2013; 2 (2): 151-158. DOI: https://doi.org/10.2217/cer.12.79
3. Ferrante G., Rao S., Jüni P., et al. Radial Versus Femoral Access for Coronary Interventions Across the Entire Spectrum of Patients With Coronary Artery Disease A Meta-Analysis of Randomized Trials. JACC: Cardiovascular Interventions. 2016; 9 (14): 1419-1434. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jcin.2016.04.014
4. Jolly S., Niemelä K., Xavier D., et al. Design and rationale of the RadIal Vs. femorAL access for coronary intervention (RIVAL) trial: A randomized comparison of radial versus femoral access for coronary angiography or intervention in patients with acute coronary syndromes. American Heart Journal. 2011; 161 (2): 254-260.e1-4. DOI: https://doi.org/10.1016/j.ahj.2010.11.021
5. Hamon M., Christian P., Mario C., et al. Consensus Document on the Radial Approach in Percutaneous Cardiovascular Interventions. EuroIntervention. 2013; 8 (11): 1242-1251. DOI: https://doi.org/10.4244/EIJV8I11A192
6. Campeau L. Percutaneous radial artery approach for coronary angiography. Catheterization and Cardiovascular Diagnosis. 1989; 16 (1): 3-7. DOI: https://doi.org/10.1002/ccd.1810160103
7. Kiemeneij F., Laarman G. Percutaneous transradial artery approach for coronary stent implantation. Catheterization and Cardiovascular Diagnosis. 1993; 30 (2): 173-178. DOI: https://doi.org/10.1002/ccd.1810300220
8. Калинин Р.Е., Сучков И.А., Мжаванадзе Н.Д., Мустафаева Р.М. Варианты клинической анатомии артерий верхних конечностей. Вестник Авиценны. 2017; 1 (19): 113-119. DOI: https://doi.org/10.25005/2074-0581-2017-19-1-113-119
9. Babunashvili A., Dundua D. Recanalization and reuse of early occluded radial artery within 6 days after previous transradial diagnostic procedure. Catheterization and Cardiovascular Interventions. 2011; 77 (4): 530-536. DOI: https://doi.org/10.1002/ccd.22846
10. Kiemeneij F. Left distal transradial access in the anatomical snuffbox for coronary angiography (ldTRA) and interventions (ldTRI). EuroIntervention. 2017; 13 (7): 851-857. DOI: https://doi.org/10.4244/EIJ-D-17-00079
11. Aoi S., Htun W., Freeo S., et al. Distal transradial artery access in the anatomical snuffbox for coronary angiography as an alternative access site for faster hemostasis. Catheterization and Cardiovascular Interventions. 2019; 94 (5): 651-657. DOI: https://doi.org/10.1002/ccd.28155
12. Pua U., Quek L. “Snuffbox” Distal Radial Access. Journal of Vascular and Interventional Radiology. 2018; 29 (1): 44. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jvir.2017.07.011
13. Oliveira P., Navarro E., Kiemeneij F. Distal transradial access as default approach for coronary angiography and interventions. Cardiovascular Diagnosis and Therapy. 2019; 9 (5): 513-519. DOI: https://doi.org/10.21037/cdt.2019.09.06
14. Ziakas A., Koutouzis M., Didagelos M., et al. Right arm distal transradial (snuffbox) access for coronary catheterization: Initial experience. Hellenic Journal of Cardiology. 2020; 61 (2): 106-109. DOI: https://doi.org/10.1016/j.hjc.2018.10.008
15. Lee J., Park S., Son J., Ahn S., et al. Real-world experience of the left distal transradial approach for coronary angiography and percutaneous coronary intervention: A prospective observational study (LeDRA). EuroIntervention. 2018; 14(9): e995-e1003. DOI: https://doi.org/10.4244/EIJ-D-18-00635
16. Каледин А.Л., Кочанов И.Н., Подметин П.С. и др. Дистальный отдел лучевой артерии при эндоваскулярных вмешательствах. Эндоваскулярная хирургия. 2017; 4 (2): 125-133. DOI: https://doi.org/10.24183/2409-4080-2017-4-2-125-133
17. Манчуров В.Н., Орлов О.С., Анисимов К.В. и др. Дистальный радиальный доступ для чрескожных коронарных вмешательств у пациентов с острым коронарным синдромом и хронической ишемической болезнью сердца. Эндоваскулярная хирургия. 2018; 5 (4): 438-444. DOI: https://doi.org/10.24183/2409-4080-2018-5-4-438-444
18. Ахрамович Р.В., Семитко С.П., Азаров А.В. и др. Конверсии дорсопальмарного (модифицированного дистального) лучевого доступа при первичном чрескожном коронарном вмешательстве. Ангиология и сосудистая хирургия. 2022; 28 (3): 37-43. DOI: https://doi.org/10.33029/1027-6661-2022-28-3-37-43
19. Карташов Д.С., Бабунашвили А.М., Шумаков Д.В. и др. Промежуточный анализ проспективного многоцентрового контролируемого рандомизированного исследования эффективности и безопасности традиционного и дистального радиального доступа в интервенционной кардиологии. Клиническая практика. 2022; 13 (2): 12-19. DOI: https://doi.org/10.17816/clinpract106447
20. Uhlemann M., Möbius-Winkler S., Mende M., et al. The Leipzig prospective vascular ultrasound registry in radial artery catheterization: Impact of sheath size on vascular complications. JACC: Cardiovascular Intervention. 2012; 5 (1): 36-43. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jcin.2011.08.011
21. Bertrand O. Acute forearm muscle swelling post transradial catheterization and compartment syndrome: Prevention is better than treatment. Catheterization and Cardiovascular Interventions. 2010; 75 (3): 366-368. DOI: https://doi.org/10.1002/ccd.22448
22. Shroff A., Siddiqui S., Burg A., et al. Identification and management of complications of transradial procedures. Current Cardiology Reports. 2013; 15 (4): 350. DOI: https://doi.org/10.1007/s11886-013-0350-x
Материалы данного сайта распространяются на условиях лицензии CC BY-NC-ND 4.0 (Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International)
© ООО Издательская группа «ГЭОТАР-Медиа». Использование текстового и иллюстративного материала данного издания для обучения любых систем искусственного интеллекта, включая машинное обучение и нейросети, запрещено без письменного разрешения правообладателя.